Главная arrow Романы arrow Время перемен
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Время перемен Печать
Оглавление
Время перемен
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
. Я сам себе настойчиво доказывал, что ничего такого не совершал, а
просто пустился в духовные искания. Но даже тогда, когда я строил в уме
подобные фразы, они звучали напыщенно и лицемерно, выглядели тонким
прикрытием жалких побуждений. И мне было стыдно, стыдно перед собой, перед
сыновьями, перед моим царственным отцом, перед славными предками, что я
опустился до этого. Я думаю, что именно "я люблю вас" Швейца вызвало во
мне такое сильное раскаяние, больше чем какое бы то ни было событие того
вечера, потому что мое прежнее "я" расценивало эти слова как вдвойне
непристойные, а новое, с трудом рождавшееся "я" доказывало, что землянин
не имел ввиду ничего постыдного, ни этим своим "я", ни этим "люблю". Но я
отвергал свои собственные доводы, и чувство вины все сильнее охватывало
меня.
Кем я стал, обменявшись ласковыми словами с чужим человеком,
родившимся на Земле? Как я мог отдать этому человеку свою душу? Каково мое
положение теперь, когда я стал абсолютно уязвимым для него? На мгновение я
даже подумал о том, чтобы убить этого землянина и таким образом
восстановить обособленность своей личности. Я пошел туда, где он спал, но,
увидя улыбку на его лице, понял, что не могу его ненавидеть.
Почти весь день я провел в одиночестве. Ушел в лес и купался в
холодном пруду. Затем преклонил колени перед огненной елью и, убедив себя,
что это исповедник, сознался во всем, сознался пугливо и шепотом. После
этого я долго бродил в колючих зарослях и вернулся на виллу лишь к вечеру,
весь исколотый и грязный. Швейц поинтересовался, здоров ли я. Я ответил,
что со мной все в порядке.
В тот вечер землянин был еще более говорлив, чем обычно, из него
буквально изливался сплошной поток напыщенных слов. Он подробно описывал
грандиозный план экспедиции в Шумару, за целыми мешками наркотика, который
мы только что опробовали. Содержимое этих мешков должно было хватить для
преображения почти всех живущих в Маннеране. Я слушал этот бред,
воздерживаясь от замечаний, так как все это стало мне безразличным, и этот
проект казался не более странным, чем что-либо иное.
Я надеялся, что мои душевные муки утихнут, как только я вернусь в
Маннеран-сити и погружусь в обычную работу Судебной Палаты. Но нет. Я
приехал к себе домой и застал там и Халум, и Лоимель. Сестры обменялись
одеждой и, увидев их, я едва не сбежал. Они улыбались мне тепло,
по-женски, чуть таинственно. Это был их собственный язык, который они
выработали, общаясь друг с другом, за свою жизнь. В отчаянии я переводил
взгляд со своей жены на названую сестру, с одной сестры на другую. Красота
этих двух столь похожих женщин ранила меня, как два меча сразу. Эти
улыбки! Эти проницательные глаза! Им не нужен был наркотик, чтобы знать
обо мне все!
"Где ты был, Кинналл?"
"На лесной вилле, забавлялся самообнажением с землянином".
"И ты показал ему свою душу?"
"Да. Но он показал мне свою".
"И что же вы делали потом?"
"Мы говорили о любви".
"Что?"
"Мы говорили "Я люблю вас!"
"Какой злой ребенок в тебе, Кинналл!"
"Да! И теперь я не знаю, куда спрятаться от стыда!"
Этот беззвучный диалог вихрем промчался в моей голове, когда я
приближался к ним, стоящим у фонтана во дворе. Как положено, я обнял
сначала Лоимель, потом свою названую сестру, но при этом старался не
встречаться с ними взглядом. Столь острым было ощущение вины. То же самое
было и в Судебной Палате. Все взгляды моих подчиненных, казалось, обвиняли
меня. "Вот, Кинналл Дариваль, который обнажил все наши тайны перед
землянином Швейцем! Посмотрите на этого самообнажающегося из Саллы,
затесавшегося среди нас! Почему он еще не задохнулся от собственного
зловония?"
Я замкнулся в себе, но работа не клеилась. Какой-то документ,
относящийся к одной из сделок Швейца, попал ко мне на стол, и отвращение
охватило меня. Мысль о том, что я еще когда-нибудь окажусь с ним лицом к
лицу, ужаснула меня. Я запросто мог аннулировать его визу на проживание в
Маннеране, пользуясь властью верховного судьи, но это было слишком дурной
платой за его доверие ко мне. И все же я был готов сделать это, но
устыдился и взял себя в руки.
На третий день после моего возвращения, когда даже мои дети стали
догадываться, что со мной творится что-то неладное, я отправился в
Каменный Собор искать утешения у своего исповедника Джидда.
Был душный знойный день. В воздухе стояла горячая влага. Даже
солнечный свет был какого-то необычного цвета: почти белый, и древние
черные камни собора отбрасывали ослепительные блики, как будто стены его
были выложены стеклянными призмами. Но внутренние залы были темными,
тихими, холодными. Клетушка Джидда, устроенная возле огромного алтаря,
была гордостью Собора. Он ждал меня, уже почти полностью облачившись. Я
всегда ценил его рабочее время и потому заранее уведомил его о своем
приходе

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики