Главная arrow Романы arrow Лагерь Хауксбилль
11.05.2011 г.
 
 
Главное меню
Главная
Биография
Отзывы
Сценарии
Фото
Карта сайта
Произведения
Всемогущий атом
Маджипур
Повести
Рассказы
Романы












Лагерь Хауксбилль Печать
Оглавление
Лагерь Хауксбилль
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
. Но
я посчитал более необходимым передать тебе эти бумаги. То есть Ханн никак
не может повредить Молот, пока он в море, а то, что он мог сделать вчера
вечером, уже сделано.
Барретт вынужден был признать, что в этом есть логика. Но он не мог
сразу успокоиться. Молот был единственным связующим звеном, пусть даже и
неудовлетворительным, с тем миром, который отторг их от себя. От него
зависело их снабжение, поступление новых людей и тех крох новостей о мире
там, наверху, которые они с собой приносили. Стоит только какому-нибудь
сумасшедшему повредить Молот, и их постигнет удушающее безмолвие полнейшей
изоляции. Отрезанные от всего, живущие в мире без растительности, без
сырья, без машин, они через несколько месяцев одичают.
"Но зачем это Ханн болтается возле Молота?" - задумался Барретт.
- Ты знаешь, о чем я думаю? - хихикнул Альтман. - Они решили
истребить нас, там, наверху. Они хотят избавиться от нас. Ханна послали
сюда в качестве добровольца-самоубийцы. Он вынюхает все, что у нас
делается, и все подготовит. Затем они переправят сюда с помощью Молота
кобальтовую бомбу и взорвут лагерь. Нам нужно разрушить Молот и Наковальню
до того, как они это сделают.
- Но зачем им переправлять сюда добровольца-самоубийцу? -
рассудительно спросил Латимер. - Если они хотели бы уничтожить нас, проще
было бы послать сюда бомбу, не жертвуя агентом. Если только они не
разработали какой-нибудь способ спасти его...
- В любом случае мы не имеем права рисковать, - возразил Альтман. -
Первое - это уничтожить Молот, чтобы они не могли переправить сюда бомбу.
- Возможно, это неплохая мысль. А ты что думаешь об этом, Джим?
Барретт подумал, что Альтман совсем рехнулся, а Латимер недалеко от
него отстал. Но сказал просто:
- Я не думаю, что твоя гипотеза верна, Нед. Им там наверху незачем
истреблять нас. А если бы они даже и захотели это сделать, то Дон прав,
они не послали бы к нам агента. Достаточно бомбы.
- Но даже в этом случае нам нужно все-таки помешать нормальной работе
Молота исходя из предположения...
- Нет, - решительно отрезал Барретт. - Если мы сломаем Молот, мы
срубим сук, на котором сидим. Вот почему я столь серьезно обеспокоен тем,
что он заинтересовал Ханна. И выбрось все эти свои мысли насчет Молота из
головы, Нед. Только благодаря Молоту мы имеем здесь продукты и одежду.
Никаких бомб сюда не пересылают.
- Но...
- И все же...
- Заткнитесь, вы, оба! - рявкнул Барретт. - Дайте-ка я взгляну на эти
бумаги.
"Молот, - отметил он про себя, - придется охранять. Мы с Квесадой
должны соорудить какую-нибудь систему охраны, вроде той, что оборудовали
для кладовой с медикаментами, но более эффективную".
Он отошел от Альтмана и Латимера на несколько шагов, присел на
гранитную плиту, развернул пачку бумаг и начал читать.
Почерк у Ханна был мелкий и неразборчивый, что давало ему возможность
втиснуть максимум информации в минимум листа, словно он считал смертным
грехом переводить бумагу зря. И это вполне понятно: бумаги здесь очень
мало. Очевидно, Ханн принес эти листы с собой из двадцать первого века.
Они были очень тонкими, имели как бы металлизированную структуру и,
скользя один по другому, слабо шелестели.
Хотя почерк был мелким, Барретт без особого труда смог его разобрать.
Заметки сделаны ясным языком, четкими были и оценки, и потому особенно
мучительными.
Ханн подробно проанализировал условия жизни в лагере "Хауксбилль", и
результат получился впечатляющим. Уложившись примерно в пять тысяч
тщательно подобранных слов, Ханн описал всю тягостную атмосферу лагеря,
столь хорошо знакомую Барретту. Объективность его была безжалостной. Он
четко изобразил узников как стареющих революционеров, у которых иссяк
прежний пыл. Перечислил тех, кто несомненно страдал психическими
расстройствами, тех, кто был на грани помешательства, и в отдельную
категорию занес тех, кто еще держался. Барретт с интересом узнал, что Ханн
даже этих расценивал как страдающих от сильного перенапряжения нервной
системы и склонных к тому, чтобы в любую минуту сорваться. Квесада, Нортон
и Рудигер казались точно такими же морально стойкими, как и тогда, когда
они выпали на Наковальню лагеря "Хауксбилль", но так они выглядели в
глазах Барретта, восприятие которого за годы пребывания здесь изрядно
притупилось. Свежий человек, вроде Ханна, видел все совсем иначе и,
наверное, был ближе к истине.
Барретт заставил себя не забегать вперед в поисках собственной
оценки. Он упрямо продолжал читать прогноз наиболее вероятного будущего
населения лагеря "Хауксбилль". Прогноз был мрачным. Ханн считал, что
положение ухудшается стремительными темпами, что на любом находящемся
здесь более одного-двух лет вскоре начинает сказываться одиночество и
отсутствие корней. Барретт в принципе тоже так считал, хотя и был убежден,
что те, кто помоложе, могут продержаться значительно дольше

 
« Пред.   След. »


Другие произведения
Новости фантастики